Ритуальное действие второе

— Непосредственно вслед за первым ритуальным действием, — продолжал сэр Генри Брэдфорд, — выполняется ритуальное действие второе, которое наполняет вихри эфирной силой, увеличивая скорость их вращения и придавая ему стабильность.

Выполнить его еще проще, чем первое.

Исходным положением для второго ритуального действия является положение лежа на спине.

Лучше всего лежать на толстом ковре или какой-нибудь другой достаточно мягкой и теплой подстилке.

Ламы пользуются в качестве подстилки специальным ковриком для созерцания.

Это толстая циновка, сплетенная из каких-то грубых растительных волокон и ячьей шерсти.

Главная задача подстилки — изолировать тело от холодного пола, хотя ламы используют свои циновки также и в качестве удобного сиденья во время практики созерцательных техник.

Отсюда — название "коврик для созерцания".

Ведь именно созерцательным практикам ламы отводят главную роль, пользуясь "Оком возрождения" только как средством содержания тела в порядке и обеспечения его той огромной энергией, которая необходима для эффективной практики созерцания.

— Выполняется второе ритуальное действие следующим образом.

Вытянув руки вдоль туловища и прижав ладони с плотно соединенными пальцами к полу, нужно поднять голову, крепко прижав подбородок к грудине.

После этого — поднять прямые ноги вертикально вверх, стараясь при этом не отрывать от пола таз.

Если можете, поднимайте ноги не просто вертикально вверх, но еще дальше "на себя" — до тех пор, пока таз не начнет отрываться от пола.

Главное при этом — не сгибать ноги в коленях.

Затем медленно опустите на пол голову и ноги.

Расслабьте все мышцы и после этого повторите действие еще раз.

— В этом ритуальном действии большое значение имеет координация движений с дыханием.

В самом начале необходимо выдохнуть, полностью избавив легкие от воздуха.

Во время поднимания головы и ног следует делать плавный, но очень глубокий и полный вдох, во время опускания — такой же выдох.

Если вы устали и решили немного отдохнуть между повторениями, старайтесь дышать в том же ритме, что и во время выполнения движений.

Чем глубже дыхание, тем выше эффективность практики.

— Один из лам рассказывал мне, что пришел в монастырь очень больным и слабым стариком и не мог даже чуть-чуть приподнять над полом прямые ноги.

Поэтому он начал с того, что поднимал ноги, сгибая их в коленях, и едва отрывал голову от пола.

Постепенно он добился того, что мог поднять бедра вверх коленями, но голени его при этом свисали вниз.

Затем, по мере повышения тренированности, он научился выпрямлять согнутые ноги и прижимать подбородок к груди, и наконец через некоторое время стал поднимать вертикально вверх идеально прямые ноги.

— И вообще, этот лама меня просто восхищал.

Когда он рассказывал мне о своих злоключениях в начале практики, он выглядел совершеннейшим образцом мужественной молодости и силы, хотя мне было известно, что по возрасту он на много-много лет старше меня.

Правда, должен признаться, в восхищении этим человеком не было той доли неописуемого удивления, которая присутствовала в моем отношении к ламе Кы.

После Кы удивить меня молодостью и сплои древнего старика — как человеческой, так и сверхчеловеческой — было уже непросто.

Тот же лама, о котором я рассказываю, время от времени развлекался тем, что носил вниз в поселок фрукты из монастырского сада — менять на ячье молоко.

Козы в монастыре были, но этот человек больше любил молоко яков.

Да и другие ламы от него не отказывались.

Видимо, высота над уровнем моря, на которой находилась наша долина, была не такой уж высокой, потому что в небольшом саду, выращенном ламами на нижней террасе монастыря, засыпанной толстым слоем принесенной из поймы плодородной земли, росли невысокие фруктовые деревья, успевавшие за лето давать неплохой урожай.

Обычно лама нагружал фруктами большущую корзину — в нее помещалось никак не меньше ста фунтов мелких яблочек и груш — и размеренным шагом отправлялся вниз по тропе.

В поселке он отдавал фрукты и складывал в корзину несколько тяжелых кувшинов с молоком, а затем точно так же размеренно, ни разу не останавливаясь, поднимался обратно в монастырь.

Когда после нескольких месяцев пребывания в монастыре я впервые решился составить ему компанию в такой прогулке, мне пришлось останавливаться не менее дюжины раз, чтобы перевести дух.

Правда, несколько позднее я обрел способность совершать прогулки вниз-вверх с такой же легкостью, как и он, но это уже совсем другая история.